Интервью с Вячеславом Бойцовым. «Хочу на своём месте».

«Новая нов­го­род­ская газе­та» № 11 (16 мар­та, 2016 года)

О ПРОФЕССИИ.

Водить я научил­ся в армии, в погран­вой­сках в Каре­лии. И при­ки­пел к это­му делу. В удо­воль­ствие, от души да ещё и день­ги пла­тят! (сме­ёт­ся). Там я научил­ся тому, что всю жизнь и делаю. Нико­гда не дышу в спи­ну — пря­мо в лицо гово­рю. Не оби­жу сла­бо­го, не пну упав­ше­го.

У води­те­ля долж­на быть хоро­шая зри­тель­ная память. Води­тель авто­бу­са — как собака-поводырь. Она не дёр­нет­ся в сто­ро­ну, не отве­тит на агрес­сию, все­гда при­ве­дёт, куда тебе надо. Посто­ян­ная сосре­до­то­чен­ность и ответ­ствен­ность. Рань­ше более чем за 20 сан­ти­мет­ров от оста­нов­ки не име­ли пра­ва оста­нав­ли­вать­ся, ТОЧНОСТЬ цени­лась, ею фор­си­ли. Теперь за этим мень­ше сле­дят…

Харак­тер зака­ля­ет­ся — води­те­ли авто­бу­сов нескан­даль­ные в боль­шин­стве сво­ём. Тако­го тер­пе­ния, как у авто­бус­ни­ков, мало у кого най­дёшь. Но уж если сорвёт­ся — так сорвёт­ся. Необ­хо­ди­мость не реа­ги­ро­вать на мел­кие раз­дра­жи­те­ли накап­ли­ва­ет­ся — и…

Я когда иду по горо­ду, за 10 минут 10 раз поздо­ро­ва­юсь. Этих людей, иэтих род­ных нель­зя пло­хо возить в авто­бу­се. Нель­зя. Такая про­фес­сия.

О СЕМЬЕ И ТЕАТРЕ. Женил­ся я сра­зу после армии на девуш­ке, с кото­рой дру­жи­ли со шко­лы. И мы 38 лет вме­сте. Двух сыно­вей вырас­ти­ли. Один — глав­ный опе­ра­тор на област­ном теле­ви­де­нии, серьёз­ный това­рищ, в теат­ре рос, «дядя Гри­ша» его про­зва­ли. Зву­ко­ре­жис­сё­ром там, в теат­ре, рабо­та­ла жена Алла, теперь на област­ном теле­ви­де­нии. В драм­те­ат­ре, кото­рый тогда ещё в крем­ле был, пер­вые 15 лет сов­мест­ной жиз­ни я дне­вал и ноче­вал. Ошиб­ка, что театр убра­ли из крем­ля! Там была камер­ность, атмо­сфе­ра, а новое зда­ние — это Бай­ко­нур, душой к нему не при­жить­ся ни труп­пе, ни зри­те­лям. А вто­рой наш сын — на строй­ке отде­лоч­ник. Есть у нас уже и внуч­ка, и внук. И меж­ду все­ми раз­ни­ца в 12 лет! Мы, Бой­цо­вы, раз­мно­жа­ем­ся раз в 12 лет! (сме­ёт­ся).

С женой, кста­ти, мы позна­ко­ми­лись на поч­ве собак, а сей­час у нас кош­ка Кося (Кас­сандра). Пер­вые два года не най­ти было дома, шке­ри­лась, пря­та­лась, и толь­ко через 6 лет ста­ла сидеть на руках, ста­ла откли­кать­ся на имя. Кош­ка полуп­лю­ше­вая, дома серая, к весне с голу­бым, к лету рыжая и к осе­ни опять серая. Мама моя гово­ри­ла: кош­ка — это судь­ба твоя, нико­гда не оби­жай.

О РАБОТЕ В АВТОБУСНОМ ПАРКЕ. Я рабо­тал води­те­лем в пар­тий­ных орга­нах, после ГКЧП пар­тию разо­гна­ли. При­шёл в авто­бус­ный парк в 1992 году, тогда как раз посту­пи­ли новые авто­бу­сы — «Ика­ру­сы» жёл­тые, нов­го­род­цы их пом­нят. Я рабо­тал по марш­ру­ту №2. А ещё авто­бус был с коробкой-автомат, и у него рабо­та­ло всё — от подо­гре­ва до авто­за­пус­ка. Толь­ко до нас он 20 лет в Гер­ма­нии отра­бо­тал! Вот тогда я окон­ча­тель­но понял, что зна­чит пра­виль­но экс­плу­а­ти­ро­вать тех­ни­ку.

Еще рабо­тал 7 лет на марш­рут­ке, на ПАЗи­ке — ехать заби­тым людь­ми и при этом сдай в кас­су выруч­ку за весь день. Про­дав­цом биле­тов води­те­лю быть — это сума­сше­ствие я запом­нил на всю жизнь. Сам соби­рал пла­ту за про­езд, на — вход толь­ко через перед­нюю дверь. День­ги взять, биле­ты отдать, а потом ещё за рулём сидеть. До сих пор пом­ню этот ад.

Ухо­дил года на три в биз­нес, но не всё вышло, вер­нул­ся. Вер­нул­ся к «Мер­се­де­сам», как раз кон­дук­то­ра появи­лись — и теперь води­тель был Води­тель.

Все 92 авто­бу­са, взя­тые в лизинг, про­шли через меня из Тольят­ти до Нов­го­ро­да. При пере­гоне авто­бу­сов из Тольят­ти в грязь и метель сле­сарь Сер­гей Нику­лов, взя­тый из Нов­го­ро­да, рас­крыл­ся как работ­ник: авто­бус ещё толь­ко пока­зы­вал­ся в воро­тах, а он уже знал, что и где чинить. В доро­ге чело­ве­ку дали воз­мож­ность думать и при­ни­мать реше­ния — и он про­явил себя как мастер.

Сре­ди взя­тых тогда авто­бу­сов один был «мёрт­вый», никто не мог почи­нить. И вот под ним лежал, пока на ход не поста­вил, Воло­дя Талаб­ский, сле­сарь, коро­боч­ник, агре­гат­чик. Да и осталь­ные про­яви­ли твёр­дость харак­те­ра.

Вооб­ще, когда мы авто­бу­сы заби­ра­ли из Тольят­ти, они там 2 года не заво­ди­лись, по поло­ви­ну сало­на в сугро­бе сто­я­ли. Мы при­е­ха­ли, води­те­ли Оку­нев, Горя­чёв, Воро­бьёв, — ни лопат, ниче­го. Отко­па­ли. Сна­ча­ла 2 авто­бу­са отко­па­ли за пол­ча­са — и они заве­лись, сра­зу! И настро­е­ние роди­лось, ещё деся­ток авто­бу­сов мы отко­па­ли за пол­ча­са! Людям надо давать про­яв­лять себя. Это сбли­жа­ет, откры­ва­ет друг для дру­га.

Даже те, кто ушёл с пред­при­я­тия, до сих пор все созва­ни­ва­ем­ся, хотя вро­де бы ниче­го не свя­зы­ва­ет. И поздрав­ля­ем друг дру­га, и обща­ем­ся. Костяк и внут­ри есть у пред­при­я­тия, и сна­ру­жи, как лес у дома, — тоже есть.

О ДРУЖБЕ.

Как води­тель авто­бу­са я акку­ра­тист, а как авто­лю­би­тель — я агрес­сор, я авто­спорт люб­лю: рал­ли, кар­тинг. Сорев­но­ва­ния выиг­ры­вал на ПАЗе, КАМА­Зе, Вол­ге. И дру­зья у меня заяд­лые авто­мо­би­ли­сты, рабо­ты на транс­пор­те нам мало. Вот Сер­гей Лукин класс­ный, всем помо­га­ет так, как надо. Андрей Кузь­мин друг, выслу­ша­ет, посо­ве­ту­ет. Фокин чело­век сло­ва, уме­ю­щий отве­чать за свои сло­ва. Все трое со мной с дет­ства. Вро­де ровес­ни­ки, а я у них учил­ся.

О ХОББИ. Роли­ки — это необ­хо­ди­мость. Это моё лекар­ство после ава­рии на мото­цик­ле. Бегать мне нель­зя: позво­ноч­ник. Попро­бо­вал роли­ки — ско­рость, риск, адре­на­лин. Два вида тор­мо­же­ния на роли­ках: плюх (про­сто) и боль­шой плюх (в кусты). Нагруз­ка на ноги хоро­шая. А зимой — зимой лыжи. В день от 20 до 50 кило­мет­ров от Псков­ской на Мячи­но, на ста­ди­он, на Иль­мень. Быва­ло, и одним днём до Ста­рой Рус­сы и обрат­но. В семье лыжи тоже ува­жа­ют.

Кино люб­лю: «В бой идут одни ста­ри­ки» и вся воен­ная тема. Опе­ру люб­лю Рыб­ни­ко­ва «Звез­да и смерть Хоаки­на Мурье­ты». Сти­хи люб­лю Иго­ря Губер­ма­на — гру­бо­ва­то, но прав­ди­во. Книж­ка, быва­ло, лежит в авто­бу­се. Когда тебя доста­нет всё в жиз­ни, открой и почи­тай с любой стра­ни­цы — и ты пой­мёшь, что всё — такая ерун­да: Бла­го­да­рю тебя, Тво­рец, За то, что думать начал очень рано, За то, что к вод­ке огу­рец Ты посы­лал мне посто­ян­но (сме­ёт­ся).

О КАРЬЕРЕ. Началь­ни­ком не хочу, хочу на сво­ём месте, бри­га­ди­ром води­те­лей. Началь­ни­ком мне не нра-вит-ся. В каби­не­те сидеть не умею.

Вот быль рас­ска­жу про Вади­ма Ива­но­ви­ча Фро­ло­ва. Вот был руко­во­ди­тель! Вышел из води­те­лей в началь­ни­ки гара­жа обко­ма КПСС. Когда его в 90-е хоро­ни­ли, от гости­ни­цы «Сад­ко» до Рож­де­ствен­ско­го клад­би­ща, от моста Алек­сандра Нев­ско­го вся набе­реж­ная, вся Боль­шая Мос­ков­ская сто­я­ли — оче­редь из машин. Два длин­ных авто­бу­са и ГАИ пере­кры­ва­ли дви­же­ние.

Был он без осо­бо­го обра­зо­ва­ния, а рабо­тал так:

- Зачем вызы­вал, зна­ешь?

- Знаю.

- Ну вот иди, и чтоб боль­ше не повто­рял.

Ни разу голос не повы­сил ни на кого. Себя боль­ше нака­зы­вал, чем людей. Люди это пони­ма­ли. Все, даже кто стар­ше, в раз­го­во­ре назы­ва­ли его на «вы». Ты началь­ник, но ты свой. Вот прин­цип.

О ПАССАЖИРАХ. Води­тель я — спо­кой­ный. 14 лет рабо­ты в пар­ке при­учи­ли быть ров­ным и торо­пить­ся так, чтоб люди это­го не поня­ли. То, что за спи­ной, там моя води­тель­ская ответ­ствен­ность. Если на доро­ге кто-то из авто­мо­би­ли­стов начи­на­ет наглеть, не раз­дра­жа­юсь, про­сто чаще смот­рю в зер­ка­ло — а я-то кто? Вот пра­виль­ная над­пись на маши­нах сей­час быва­ет: «понять и про­стить».

Ну и забы­ва­ют, конеч­но, в салоне — кто что.

На конеч­ной на Мос­ков­ской в салоне запел остав­лен­ный кем-то теле­фон, я его отклю­чил и поло­жил в каби­ну, думал в дис­пет­чер­скую вер­нуть в кон­це сме­ны и отту­да по­пробовать позво­нить вла­дель­цу. И вдруг деви­ца дого­ня­ет авто­бус на так­си: мол, что я долж­на за вами по все­му горо­ду на так­си гонять­ся?

А вот дру­гой типаж: у смен­щи­ка в авто­бу­се сум­ку на зад­нем сиде­нье оста­ви­ли, там доку­мен­ты пред­приятия, лич­ные бума­ги. Пол­дня вла­дель­ца иска­ли, а пас­са­жир­ка еле вспом­ни­ла, что их поте­ря­ла.

Или вот на вок­за­ле в салоне сза­ди лежит пакет — там пач­ки денег: баб­ка дом про­да­ла и пакет неча­ян­но оста­ви­ла. Вер­ну­ли!

А вооб­ще — пас­са­жи­ры раз­ные, в Сиби­ри одни, в Каре­лии дру­гие. В Нов­го­ро­де же пас­са­жир дума­ю­щий и хоро­ший. Быва­ло, я во «Вре­меч­ко», на теле­про­грам­му, часто зво­нил — пре­ду­пре­ждал о пере­ме­нах в марш­ру­тах: надо пом­нить о людях.

О КОЛЛЕКТИВЕ. Вся когор­та води­те­лей горо­да от 57-го до 85-го года рож­де­ния — все про­шли через авто­бус­ный парк. Это целая суб­куль­ту­ра, она поти­хонь­ку пере­хо­дит вослед за работ­ни­ка­ми в осталь­ные пар­ки, это вид­но со сто­ро­ны. Какой води­тель здесь вос­пи­ты­вал­ся, на Хутын­ской, 10, а какой не здесь — вид­но по мане­ре вожде­ния: наши настро­е­ны не созда­вать ситу­а­ций на доро­ге. Наш луч­ше усту­пит, пото­му что зна­ет, что в салоне поле­тят пас­са­жи­ры с сиде­ний или в спи­ну авто­бу­са лег­ко­вуш­ка при­ле­тит.

И рабо­чее место — оно не толь­ко за рулём, оно вокруг, на тер­ри­то­рии, в под­соб­ках, в ком­на­те отды­ха, в туа­ле­те. Мужи­ки — а у нас на Хутын­ской, 10 цве­ты были по сте­нам. Отдель­ную рем­зо­ну обо­ру­до­ва­ли — так было удоб­ней для малень­ких ПАЗи­ков. И они ста­ли ремон­ти­ро­вать­ся за 2–3 часа вме­сто 2–3 дней. И под каж­дое коле­со тазик — чтоб ни грязь, ни вода не тек­ла. Там рабо­та­ет мастер сво­е­го дела Воло­дя Янгиль­дин, один из тех, на чьё пле­чо мож­но все­гда опе­реть­ся.

Такой кол­лек­тив созда­ет­ся не за год, не за два. Пред­при­я­тие всё вре­мя потро­шат, люди ухо­дят, но всё рав­но эта мик­ро­куль­ту­ра само­вос­ста­нав­ли­ва­ет­ся. Ста­рое поко­ле­ние ухо­дит. И моло­дёжь долж­на при­вык­нуть: тут вка­лы­вать надо! по два дня в неде­лю под 12 часов — и наро­ду ведь так удоб­ней для жиз­ни. А вве­дут зако­ном систе­му «пяти­днев­ку рабо­тать» — и люди не смо­гут на два выход­ных съез­дить в дерев­ню, отдох­нуть там, день толь­ко на доро­гу же до дачи поте­ря­ешь. И люди побе­гут с рабо­ты. Пусть сей­час костяк инерт­ный, но он мощ­ный на пред­при­я­тии.

О ТРОЛЛЕЙБУСНОМ ДЕПО. Трол­лей­бус­ное депо — печаль­ная исто­рия в горо­де. Созда­ва­лось оно всем горо­дом, боль­шие предприя­тия счи­та­ли сво­им дол­гом купить трол­лей­бус для того, что­бы депо состо­я­лось. Сеть в горо­де изна­чаль­но была несу­раз­ной, неза­коль­цо­ван­ной.

Но при этом сажа от дизель­ных авто­бу­сов в горо­де — ушла! С под­окон­ни­ков сажа ушла. СО2 плюс дождь — кис­лот­ное раз­ру­ше­ние — ушло. Здо­ро­вые люди и нераз­ру­шен­ная архи­тек­ту­ра в горо­де — вот была цель трол­лей­бус­но­го дви­же­ния.

Ну, и трол­лей­бус­ное депо издёр­га­ли изна­чаль­но. Неуве­рен­но­стью в зав­траш­нем дне, угро­за­ми, что «боль­ше ты в горо­де рабо­ты троллейбусником-то не най­дёшь».

О ПОЛИТИКЕ. Пики­ров­ка меж­ду Боб­ры­ше­вым и Мити­ным вре­дит горо­ду. Мерить­ся, кто чего сде­лал, не сде­лал, — не дело. Я про води­те­лей то же самое ска­жу: сколь­ко я часов отра­бо­тал, сколь­ко мне запла­тят и сколь­ко я выпью вод­ки сего­дня — как толь­ко эта мысль тебя по выхо­ду с рабо­че­го дня посе­тит, — беги с пред­при­я­тия. Это зна­чит, ты пере­стал думать. А води­тель не может пере­стать думать. Марш­ру­точ­ни­ки у нас с авто­бус­ни­ка­ми не вое­ва­ли, зара­ба­ты­вать дава­ли всем. Марш­ру­ты и гра­фи­ки дви­же­ния про­ра­ба­ты­ва­ли вме­сте, мужи­ки сами всё при­ду­мы­ва­ли, оста­ва­лось толь­ко утвер­дить и сле­до­вать.

Пом­ню, печ­ки для кон­дук­то­ров в салоне чтоб рабо­та­ли — так вой­ну целую вёл с води­ла­ми, чтоб почув­ство­ва­ли себя одним кол­лек­ти­вом, а не дву­мя раз­ны­ми отря­да­ми.

Я желаю ОАО «Авто­бус­ный парк» устой­чи­вой рабо­ты и хоро­ших пас­са­жи­ров. Научить опять людей думать, чтоб не было «я началь­ник, ты дурак». Работ­ник дол­жен пони­мать, что он здесь что-то зна­чит. Вот это пони­ма­ние укре­пить в кол­лек­ти­ве — и пред­при­я­тие усто­ит.

Вяче­слав Бой­цов раз­го­ва­ри­ва­ет, как управ­ле­нец. Даёт оцен­ку про­ис­хо­дя­ще­му жёст­ко и пря­мо, сра­зу на ходу под­би­ра­ет воз­мож­ные вари­ан­ты реше­ния про­из­вод­ствен­ных вопро­сов, при этом в заме­ча­ни­ях уме­ет не обес­це­нить труд дру­гих людей. О род­ном гара­же на Хутын­ской, 10 гово­рит: «Я, когда рабо­тал здесь, из дома шёл — домой. А в дру­гих местах если я рабо­таю, то из дома иду — на рабо­ту… Я ещё вер­нусь!» Ждём. Все ждут.

Еле­на МИХАЙЛОВА

Статья №: 77

>>> 511 просмотров

вверх вниз buttons buttons buttons buttons

>>> 512 просмотров